Старший сын Дмитрия Гудкова Иван покончил жизнь самоубийством. У этой трагедии, вероятно, много аспектов, но они не должны никого интересовать, кроме членов его семьи. А я пишу об этом потому, что меня поразил последний абзац ребёнка (дети для своих родителей всегда остаются маленькими детьми) в предсмертной записке: «Ко мне пришло ясное понимание — единственный способ обрести счастье в эмиграции кроется в ассимиляции и отказе от русской идентичности ради чужой. Но для меня этот путь неприемлем. В моей жизни было два лучших дара: родиться русским и жить в России. И хотя второе внезапно прервалось, право на третье у меня не отнимет уже никто — право умереть русским. Слава России! Да, смерть!»